Хроника кругосветного путешествия в частушках и объяснительных.

Кто следит за передвижением по земле нашего спецкора игоря маслова, тот заметил, что высокая творческая активность этого выдающегося путешественника сменяется периодическими творческими застоями. В середине ноября откуда-то из кордильер он даже попросился в отпуск. В том смысле, что некоторое время не будет присылать в редакцию тексты, хотя редакционное задание - обойти планету - будет выполнять по-прежнему. Мы не возражали, хотя без его заметок редакционный портфель значительно беднеет.

Мало того, что мы, озабоченные в эти дни сохранением своей коллективной печени, ощущаем себя не в полном составе, так мы еще знаем, что в то же самое время наш друг в одиночку противостоит опасностям и лишениям, которых были достойны только дети капитана гранта. Облазил чуть ли не все перуанские порты, прошел баррикады в боливии, стоптал три пары обуви наконец... Слишком много событий, чтобы на ходу их все описывать... Так что же это за отпуск и какое это коллективное веселье? но тут ведь вот какое дело. Маслов пишет. Просто в других жанрах. Во-первых, пишет песни. Под свою балалайку. Он, видимо, ее очень полюбил. Выходил из москвы - еле тренькал, а в пути научился. И главное. У него ведь есть и доступ в интернет. Поэтому он пишет письма друзьям и коллегам, то есть нам. Сейчас мы публикуем выбранные места... Вот ведь как бывает: читайте и вы узнаете его лучше, чем знали до сих пор.

Маслов и его песни 8 ноября, перу "а я вот подобрал на балалайке: "у кошки четыре ноги, позади у нее..." Очень классно, и еще я одну песню написал так, что само... Вот отвлекся и не понимаю, что само... Наверное - самому нравится...

Вот я как песню написал. Я ехал на маршрутке мимо кладбища, а все валят с цветами, потому что день всех святых, и я вышел и ходил по кладбищу. А принято у них детям умершим шарики приносить. Вообще к мертвым они относятся, как к надолго уехавшим. А может, это и правда. И я с этого кладбища ушел с одной фразой в башке: "это у них такая традиция". Ну и знал, как она должна петься. А потом пришел домой в клуб, где меня поселили, и попробовал на балалайке, и сложились два куплета. Потом на днях еще третий. И они постепенно еще приходят. Какие без фразы, какие-то без слова, но их-то можно подобрать...

Сегодня был день всех святых.

Всем подарили живые цветы.

Все оценили из-под своей плиты.

Вчера у них был хеллоуин.

Я видел тыкву из головы.

Я видел глобус, там нет никакой москвы.

Это у них такая традиция...

Если им рассказать, не поверят. Нет...

Вчера в порт пришли три корабля.

Один сел на мель со словами: "земля!" другой был с похмелья, все о(дур)ели*.

Не знаю, куда они идут.

Не знаю, куда меня возьмут.

Вообще не знаю, что я делаю тут.

Это у них такая...

.........................

ТУрецкий танкер привез керосин.

С одной болванкой в пять хиросим.

Пивная банка в двести китовых сил.

Не знаю, куда на ней идут и чьи города имеют в виду...

(Нет фразы).

Припев...

Если я вернусь, а ты меня попросишь: вот спой сейчас эту песню, я наверное, не спою. Будешь ждать, пока я напьюсь...".

МАслов и корабли, которые не хотят взять его на борт 1 декабря, перу "посылки не хочу. Черт, это сложно объяснять. Я вас всех вижу без фотографий. Больше ничего не надо. Извини, что отбрыкнулся.

А знаешь, как я ходил по агентствам, - с балалайкой. Я думал, надо что-то придумать, и решил, что, раз просьба ненормальная, пусть я тоже буду этаким глюком из люка в потолке. И знаешь, везде доходил до главных директоров, а они уже вежливо отказали. Но - один момент. Иду по улице, а там перуанские музыканты с шарангами, с барабанами, четверо. Ну-ка, говорят, сыграй. Я спел одну песню, им понравилось, и они зарядили el condor passa, ставшую национальной мелодией перу. Очень я был рад этому".

* * * "Придумалась вмиг философская притча. Читаю.

Две лягушки попали в дерьмо. Одна подумала: "а, все равно не выбраться". Сложила лапки и утонула. А вторая решила: "э, нет! мы еще посмотрим..." Барахталась в дерьме, барахталась, наконец устала, сложила лапки и тоже утонула. Жизнь вообще дерьмо.

Короче, я еще побарахтаюсь. Но полегче, полегче, я сейчас гораздо радостнее этой притчи. Я ее не сочинял, она сама пришла. А вот вторая вещь. Не помню, о чем думал, о потоке сознания, о прусте, но вот какой слоган... "Я не понимаю пруста, я понимаю руста..." Все, расслабьтесь, друзья, дружить можно и за сто миллионов километров".

12 декабря, перу, чимботе "привет.

Пока ничего не получилось. 21.15 время перуанское. Судно называется "brookms". Чей флаг - неизвестно. Но не китайский. Капитан - немец. Хорошо, цивилизация. Я чувствую, что вы будете волноваться. Так. Вот мое честное слово. Я не полезу никуда, где может засыпать, придавить и так далее, о чем вы, наверное, думаете. Я не полезу в грузовой трюм. Все-таки я как альпинист предупредил, когда ушел на восхождение. Я полезу в порт ночью (как космонавты и хрущев, помните? - я не дурак, полетите ночью). То есть рано утром. Это не опасно для жизни. Объект невоенный, если что, я ведь сразу сдамся. Я говорил с перуанцами, которые воруют в портах. И входят-выходят - ничего. О, я только что постригся коротко. Так и не увидите вы меня с длинными волосами, а ведь полгода не стриг. На судне планирую спрятаться так, чтобы можно было самому выйти. Выйду на рождество или на новый год, когда все добрые. Немец. Я верю в гуманизм немцев.

Все, не волнуйтесь. Вестей нет, значит, все удалось".

13 декабря, перу, чимботе "не получилось. Но было весело. В порт пролез, на корабль - тоже, но там уже зашел в первую дверь, оказалось - туалет. В дверь постучали, я для вида спустил воду, сам открыл и заявил, что мне необходимо говорить с капитаном (мой хороший английский меня выручает). Ну они вызвали охрану порта, а те даже в полицию не сообщили, отпустили. Вот, просушил вещи на солнышке и сразу написал. Интересно, как вам там все это кажется? что я готов повернуть? одна вещь... Я не сломался. Я все время плыл по течению, все это путешествие, теперь я чувствую, что течение перенаправилось... Блин, коряво говорю. Итак, я еду на север".

Вот так закончилась портовая эпопея игоря маслова в южной америке. На корабль его не взяли. Ни в японию, ни в китай, ни в корею, ни даже во владивосток. Он прислал поздравления с новым годом, сам отправился встречать его в эквадор (на экватор то есть) и дальше на север. И вот наконец пришло еще одно его письмо. Обратите внимание, откуда.

14 января, сша, нью-орлеан "я тут неделю и узнал много, но не знаю ничего. А вот на площади наложил кучу полицейский конь. Так кто-то воткнул в него (в говно) табличку - собственность полиции. Такой вот юмор. Все подходили, фотографировали... Я еще недельку поторчу в орлеане... Все, теперь знаю, что писать. Америке кирдык!

согласитесь, он повеселел на третьем континенте. Да. В общем, и мы тоже. Как он там писал? цивилизация! надеемся, теперь в обжитых краях ему будет полегче. Да и к дому ближе.

Специальное обращение главного редактора "новой газеты" к игорю маслову "игорь, не дури. Возвращайся домой. Гарантирую помощь в любой точке сша. Я на днях встретил твоего декана. Если помнишь (еще) засурского я. Н. Не успел спрятаться. Если помнишь (еще), я громоздкий. Оказывается, у тебя снова вместо сессии один сплошной хвост. Предлагаю тебе вот что. Напиши - ну более или менее литературно - объяснительную записку своему ясену николаевичу. Может быть, и он тебя помнит (еще). Мы ее опубликуем. Мне объяснительную писать не нужно, я тебя прощаю. Но ты же знаешь засурского! спеши. Муратов".

Неизвестный маслов.