Памяти "адмирала нахимова" ровно 16 лет назад в цемесской бухте близ новороссийска произошла одна из крупнейших морских катастроф современности. Наряду с аварией на чернобыльской аэс и выводом войск из афганистана гибель морского лайнера "адмирал нахимов" стала одной из базовых вех крушения советского режима.

В результате столкновения с сухогрузом "петр васев" старый лайнер затонул в считанные минуты, унеся с собой на дно морское сотни человеческих жизней. Проходят годы, и всегда в день катастрофы у подножия памятника лежат свежие цветы. До сих пор люди ждут и ищут причины рокового столкновения, унесшего на дно не только человеческие жизни, но, как кажется, и советскую океанскую славу. В отрывке из книги краснодарского автора владимира носкова "погребение", который мы публикуем в годовщину катастрофы, есть возможный ответ на страшную загадку гибели лайнера. Предлагаем его нашим читателям.

Неспасенные души глава из неизданной книги путешествовать в наши дни стало очень уж дорогим удовольствием, по крайней мере, для большинства из нас - тех, кого ранее принято было именовать "трудящимися"... Однако и в относительно еще недавнем социалистическом прошлом позволить себе путешествовать по миру тоже могли, конечно же, далеко не все "трудящиеся". Особенно за границы "железного занавеса". А вот внутри страны, занимавшей тогда на планете ровно одну шестую часть суши, передвигаться можно было как угодно и в любых направлениях, в том числе и от одессы до батуми по черному морю. Морские круизы тоже, кстати говоря, строго, если не сказать жестко, подразделялись на "внешние" и "внутренние", так же, как и пассажирские суда, их производящие. Так обстояло дело и в 1986 году, когда везде и во всем в нашей стране продолжала еще согласно закону инерции властвовать великая показуха, необходимая для того, чтобы доказать всем остальным пяти частям света простой факт, что мы живем куда легче и веселей, чем все они вместе взятые.

Впрочем, "адмирал нахимов" ничего и никому доказать уже не мог. Построенный в 1926 году в германии и спущенный с гамбургских стапелей в холодную балтийскую воду под именем "берлин", пароход прожил весьма бурную жизнь. Сначала - в качестве трансатлантического лайнера, затем, в годы второй мировой войны, - госпитального судна. Тонул в начале 1945 года на балтике при по-прежнему неясных обстоятельствах (война однако же все списала), но был поднят со дна советскими водолазами, отремонтирован и перекрещен в "адмирала нахимова". После чего снова стал бороздить океаны. Во время карибского кризиса побывал на кубе и даже возил паломников в мекку. И, конечно же, постепенно старел. Потускнел прежний блеск его салонов и вестибюлей, изрядно поизносилась добротная мебель. Слой белой краски на бортах с каждым годом становился все толще, но ржавые потеки все равно проступали, а сквозь незаконопаченные щели в палубных настилах уже проглядывала вода. Выпускать его дальше в свет, демонстрируя иностранцам, было бы просто позором. Вследствие чего был отдан соответствующий приказ перевести "нахимова" на внутреннюю линию одесса - сочи - батуми, которую и довелось ему обслуживать вплоть до своего окончательного "списания" в 1986 году. И "списание" это оказалось трагическим - "нахимов" погиб, выполняя свой последний рейс, после которого должен был самостоятельно направиться на кладбище кораблей для участия в съемках фильма о морской катастрофе. Однако катастрофа произошла несколько раньше и, увы, далеко не киношная. Хотя, вполне возможно, и имела своих режиссеров и постановщиков. Но не будем забегать вперед. А в ту роковую ночь на капитанском мостике "нахимова" пребывал судимый впоследствии гражданин марков вадим георгиевич1930 года рождения, моряк с двадцатишестилетним стажем, последняя занимаемая должность - капитан парохода "адмирал нахимов".Именно "пребывал", заметим, а не стоял, что означало бы его личное там присутствие. Поскольку ни до, ни в сам момент столкновения капитан марков на мостике не стоял, доверив разводку с приближающимся сухогрузом "петр васев" своему второму помощнику а. Чудновскому - "чуду", как окрестили его некогда подчиненные, келейно, конечно, но которому сам марков, безусловно, доверял. Впрочем, вполне джентльменское приглашение со стороны "петра васева" на пропуск своего парохода капитан марков принял лично, находясь еще на мостике и без малейших колебаний, ни на минуту не задумавшись о причине подобной любезности, противоречащей всем, даже самым элементарным правилам судовождения. А все потому, что спешил уложиться в график, нарушенный часовой задержкой в новороссийском порту, официально так и не признанной. И вот еще вопрос: отчего вдруг капитану "петра васева", точно так же спешившему в порт, явилась в голову мысль пропустить "адмирала нахимова", нарушая при этом все те же правила? даже если и предвиделось не более чем "красивое расхождение"?

но все дело в том, что ни о каких расхождениях капитан сухогруза "петра васева" ткаченко и не помышлял вплоть до самого момента получения им соответствующей просьбы или, если хотите, прямого указания с берега. Возвращаясь к хронологии событий, напомним о переданной на борт "нахимова" неожиданной информации о договоренности с "петром васевым", следующим в порт новороссийск, пропустить его вперед. От подобной просьбы капитан ткаченко, похоже, не смог отказаться и волей-неволей приходит на ум знаменитое: приказы не обсуждаются. Вообще, берег играет, думается, отнюдь не последнюю роль во всей произошедшей трагедии, как мы увидим далее, но о роли этой следствие по делу "аварии" "адмирала нахимова" предпочло некоторым образом умолчать, ограничившись лишь общими указаниями на повышение уровня техники безопасности в море среди судов одесского пароходства, а также соответствующих требований к повышению профессиональной подготовки капитанов. В.Марков считался, кстати говоря, хорошим капитаном, таковым был и на самом деле и со стажем куда более долгим, чем у того же капитана ткаченко. И уж тем более работы на пассажирских судах, призванных обслуживать международные линии, таких, например, как теплоход "леонид брежнев", перевозящий исключительно иностранных туристов, да еще годы плавания среди норвежских фиордов, что уже само по себе предполагает высокое мастерство судоводителя и в чем-то даже ювелирное, если угодно. И все же по какой-то неизвестной нам причине капитана-"ювелира" переводят вдруг на закрытые внутренние линии, то есть, говоря попросту, закрывают визу на заграницу. Довольно крупное понижение, согласитесь, и болезненное для того, кто успел уже вкусить ароматы "гнилого запада". Причина, смеем предположить, была и довольно серьезная - политическая неблагонадежность или хотя бы даже только подозрение в таковой. А в то славное время, если помните, подобного рода вопросы имел право решать лишь один орган - всеведущий и всесильный кгб ссср.

Что уж там натворил где-то или наговорил кому-то капитан марков, нам, повторяю, неизвестно, но в том, что ему очень хотелось вернуться снова на международные линии - сомневаться не приходится. Разумеется, были прошения и разного рода заверения, в том числе и слезные, но не было главного, без чего нельзя обойтись в подобном деле, - подходящего счастливого случая. И судьба послала ему этот случай - шанс, не использовать который было бы самым настоящим верхом человеческой глупости - все равно, что слепо пренебречь даром капризной фортуны. Итак, в 23.00 капитан "адмирала нахимова" вадим марков покинул свой мостик, вверив судно второму помощнику а.Чудновскому, но справедливости ради стоит заметить, лишь после того, как пароход его уже вышел в открытое море и лег на положенный курс. Куда же отправился он? всему свое время, читатель, тем более, что в данный момент управление идущего сквозь ночную тьму к темноте вечной "нахимова" оказалось в руках александра чудновского - вечного второго помощника капитана и коренного одессита, "чуда", одним словом.. Владимир носков.

(Продолжение следует.).