Беспощадная обычно история оказалась неожиданно милостивой к этому господину. И сохранила не только красочные повествования о его подвигах, запечатленные в воспоминаниях современников, но и два изумительных портрета, как нельзя лучше иллюстрирующих противоречивую натуру героя. На первом томный, изнеженный и безразличный ко всему происходящему красавец, явно снедаемый сплином, или хандрой, заложив руку за борт сюртука, задумчиво смотрит куда-то вдаль. Второй же изображает юношу ученого, пытливого, с копной непокорных черных волос, небрежно убранных с высокого лба, цепким и внимательным взглядом из-под тонкой оправы очков. Как две столь разные натуры уживались в одной личности?

загадка его рождения.

Начнем рассказ о бретере и картежнике, храбреце и цинике, забияке и авантюристе - о графе федоре толстом, прозванном современниками американцем. За что? об этом рассказ впереди. А пока о появлении на свет нашего героя. Случилось это 6 февраля 1782 года, а где именно, неизвестно. Не сохранилось никаких особенных сведений и о его родителях. Известно лишь, что в роду у папеньки был один искусный интриган, дурачивший самого светлейшего князя александра меншикова. За что, правда, и поплатился жестоко: потерял титул, чины, состояние, даже свободу и вынужден был сменить роскошный особняк на захудалый домик на соловках. Напротив, у маменьки нашего героя, происходившей из почтенного рода майковых, в пращурах ходил не кто-нибудь - преподобный нил сорский, святой чудотворец, канонизированный русской православной церковью.

Что и говорить, кровь - великое дело. Граф федор никого из своих прародителей не обидел, от всех взял понемногу. Интриги просто обожал и плел их мастерски, правда, в свободное от дуэлей и дружеских попоек время. Но явно желая искупить беспутный нрав свой и совсем не богоугодное поведение, носил поверх кафтана образ святого спиридония - покровителя рода толстых. А под старость и вовсе прослыл человеком набожным и богобоязненным.

Любимец дам, гроза мужей.

Детство свое он провел в родительской деревеньке в костромской губернии. Потом обучался в морском кадетском корпусе, по окончании которого, равнодушно отвергнув море, выбрал гвардию и был зачислен в преображенский полк. Там чудил как мог, яростно спорил с начальством, участвовал в абсурдных пари, играл в карты, бражничал с друзьями, как-то даже поднялся в небо на воздушном шаре. Бесконечно любил музыку и неплохо в ней разбирался. Однажды в компании друзей, дирижируя импровизированным оркестром, увлекся до того, что выбросил легкую палочку, а вместо нее схватил огромный канделябр и стал размахивать им перед остолбеневшими музыкантами. Грешно осуждать его за это, ведь граф федор рос в среде, где подобное поведение было вполне естественным, более того, считалось хорошим тоном.

Может быть, поэтому в высшем свете графа приняли более чем благосклонно. Этого красавца брюнета, сильного и обольстительного, остроумного и дерзкого, женщины просто обожали, мужья же изрядно побаивались. И было отчего: толстой мог вызвать на дуэль любого. Для него подставить голову под пулю было все равно что выпить бокал ледяного шампанского в жару. Опасаться за свою жизнь графу не приходилось:

он превосходно стрелял из пистолета, владел шпагой не хуже знаменитого в ту пору учителя фехтования севербека да к тому же в поединке неизменно сохранял хладнокровие. Рассказывают, что однажды вечером кто-то из друзей попросил его быть секундантом на дуэли, назначенной на следующий день на 11 часов утра. В нужный час друг явился к толстому и, к удивлению своему, застал его безмятежно спящим.

- Вставай, быстрее одевайся, мы опаздываем!

- право, братец, что за спешка? куда ты собрался?

- как, ты разве забыл? у меня сегодня дуэль, а ты - мой секундант!

- ты стреляешься? вот это новость! и с кем же? ах, с этим... Право же, не стоит беспокоиться, я с ним уже покончил.

И в самом деле накануне ночью граф федор встретил этого человека, придрался к нему, вызвал на поединок и застрелил противника, после чего вернулся домой и преспокойно улегся спать.

Кстати, толстой вполне мог вместо дантеса сделать тот роковой выстрел, причем не в 1837 году, а на 11 лет раньше. Как-то по столице прошел слушок: пушкина-де за антиправительственные стихи вызвали в секретную канцелярию генерал-губернатора и высекли розгами! ох и лютовал александр сергеевич за эту клевету, всем друзьям наказал: узнать непременно, кто распускает зловредные сплетни. Узнали. Оказалось, граф федор толстой, человек, которому пушкин собирался посвятить свою поэму "кавказский пленник".

Дуэль? дуэль! немедленную развязку оттянула лишь ссылка пушкина. Несколько лет александр сергеевич не расставался с мыслью о необходимости кровью смыть полученное оскорбление. Писал гневные письма своему другу князю петру вяземскому и едкие эпиграммы на своего обидчика. Вернувшись в москву осенью 1826 года, не успев даже раздеться с дороги, позвал одного из приятелей и попросил передать толстому его вызов. Но, к счастью, судьба распорядилась иначе. Заботливые друзья помирили противников, граф федор посватал за пушкина первую московскую красавицу наталью гончарову, и поэт отказался от мести. Но все же об оскорблении не забыл - в шестой главе "евгения онегина" довольно зло посмеялся над толстым, выведя его под другим именем. "Зарецкий, некогда буян, картежной шайки атаман, глава повес, трибун трактирный, теперь же добрый и простой отец семейства холостой". Современники отлично поняли намек.

Впрочем, не только пушкин рисовал с федора толстого своих героев. Откройте роман "война и мир"- красавец долохов, любимец женщин, картежник и кутила. Это он привязал квартального к медведю и пустил обоих поплавать в неву, он выиграл огромную сумму у николая ростова и взамен уплаты долга потребовал отказаться от любимой девушки. Долохов - это тоже граф федор. Льва толстого очень интересовала противоречивая натура его дядюшки, недаром в воспоминаниях он писал о нем как о "необыкновенном, преступном и привлекательном человеке".

Необременительная служба, бешеный успех на светских раутах и вечерах, яростные споры с начальством, дуэли, следующие буквально одна за другой, - такова была жизнь молодого графа в петербурге. Правда, до тех пор, пока на очередном поединке он не подстрелил одного очень высокопоставленного вельможу. Тут уж удирать пришлось самому толстому. Но и здесь он поступил не как все. Вместо того чтобы тихо и тайно перебраться на время в одну из своих деревень, он... Отправился в первую русскую кругосветную экспедицию крузенштерна и лисянского. Причем был зачислен в ее состав в качестве "молодой благовоспитанной особы".

Гвардеец, ставший туземным королем.

Чем же прославился он в путешествии? сначала, желая испытать терпение своих товарищей, граф федор задумал шутку совсем не злобную и даже оригинальную. Фрегат "надежда", на котором он плыл, остановился у острова нукухива, чтобы пополнить запасы продовольствия. Толстой подружился с королем танегой, отправился к нему в гости. А вернувшись на корабль, продемонстрировал матросам диковинную татуировку, сплошь покрывавшую его мускулистое тело.

Другая проделка толстого на адмиральском корабле была далеко не так безобидна. Граф подпоил корабельного священника и, когда батюшка улегся спать прямо на палубе, припечатал ему бороду к доскам круглой императорской печатью. После этого толстой не ушел в каюту, а терпеливо ждал, пока священнослужитель проснется. Протрезвев, святой отец из страха нарушить печать согласился остричь бороду. За эту проделку граф попал под арест и, будучи очень злопамятным, затаил обиду на адмирала крузенштерна. В отместку толстой однажды привел в каюту адмирала орангутанга, жившего на корабле, стал при нем пачкать чернилами бумагу, а потом ушел, забрав с собой чистые листы и подложив на их место дневник крузенштерна. Милая обезьянка, недолго думая, превратила все записи адмирала в кипу грязных бумаг. Но и на этом выходки толстого не кончились. В равной степени он изводил и другого своего начальника - камергера николая резанова, который по приказу александра 1 возглавлял экспедицию. "Сей развращенный молодой человек, - писал резанов государю, - производит всякий день ссоры, оскорбляет всех и ругает меня без пощады".

Наконец терпению адмирала и камергера пришел конец, и федор толстой был высажен на остров ситха. Нисколько не огорчившись этому обстоятельству, повеса помахал шляпой удаляющемуся кораблю и отправился на поиски жилья. Существует легенда, что гостеприимные дикари полюбили его за красоту лица и мундир преображенского полка и сделали своим царем. Впрочем, царствовать графу вскоре наскучило, он бросил своих подданных и вернулся на родину, но за это путешествие получил прозвище американец.

Бегство на войну и мирная жизнь.

Нападение наполеона на россию в 1812 году застало толстого в его поместье в калужской деревеньке, куда он был сослан за очередную дуэль. Не испугавшись наказания за самовольно отмененную ссылку, граф федор бежал на войну. Несмотря на дворянское происхождение, он записался простым ратником в московское ополчение. Храбро воевал сам, не раз поднимал в атаку солдат. Во время бородинского сражения, оказавшись в самой гуще схватки, вместе с горсткой ополченцев выдержал натиск неприятеля, был ранен в ногу, но поля боя не оставил, за что удостоился георгиевского креста 4-й степени - высшей награды за солдатскую доблесть. Ему возвратили чин и прежние ордена, что позволило толстому с честью выйти в отставку и жить безбедно то в москве, то в петербурге.

Мирная жизнь мало изменила графа, за карточным столом он часто вспоминал шулерские проделки своей молодости. Хоть и был он - как характеризовали его близкие - добрый малый, готовый для друга на все и способный отдать последнюю копейку бедному, но в карточной игре не признавал ни друзей, ни врагов - всех безжалостно обыгрывал до нитки. Эту пагубную склонность графа к картам отметил и александр грибоедов в своей комедии "горе от ума": "ночной разбойник, дуэлист, в камчатку сослан был, вернулся алеутом, и крепко на руку нечист".

Говорят, что, прочитав эти стихи и узнав себя в описании репетилова, федор иванович рассмеялся и попросил уточнить, что речь идет о нечистой игре: "иначе могут подумать, что я краду табакерки в гостиных". Можно было бы счесть этот случай анекдотом, но в московской государственной библиотеке имени ленина до сих пор хранится экземпляр "горя от ума", принадлежавший декабристу шаховскому. Против строк "в камчатку сослан был" есть автограф американца: "в камчатку черт носил, ибо сослан никогда не был". А насчет нечистой руки - никаких возражений.

Веселые компании и застолья граф федор тоже любил до старости, благо всегда отличался хорошим аппетитом и знал толк в еде. Близкий друг американца князь петр вяземский называл его "обжор властитель, друг и бог". Действительно, толстой-американец считался одним из самых утонченных гастрономов европы той поры и утверждал, что "хорошо приготовленная пища облагораживает и способствует воспарению мыслей". Однажды во время обеда в английском клубе, славившемся своей изысканной кухней, прямо перед ним вальяжно уселся барин с сизым носом пьяницы. Граф федор посмотрел на него с участием и почтением, но, заметив, что во время обеда тот пьет лишь чистую воду, вознегодовал и громко воскликнул: "как смеет он на своем лице носить признаки, ему не принадлежащие!" в ответ оригинальному заявлению грянул дружный смех.

Нечаянная любовь.

Как и должно истинному супермену, герой наш любил женщин, а они - его. Романов в его жизни было не счесть, однако женился граф на таланте и благородстве. Произошло это так. Граф любил с друзьями ездить к цыганам и однажды встретил там чудесную певицу авдотью тугаеву, был покорен ее чарующим голосом, влюбился без памяти и увез к себе в дом. Баловал сверх всякой меры, дарил дорогие подарки, украшения. Но случилось так, что, проигравшись в пух и прах, не мог найти денег, чтобы отдать долг чести. Дуняша продала все, что было возможно, принесла нужную сумму и отдала ему со словами: "вы так много дарили мне подарков, но ведь мне нужна только ваша любовь". После этого в 1821 году граф женился на авдотье тугаевой, презрев негодование московской и петербургской знати.

Брак его был счастливым. Дуняша родила графу одиннадцать детей, но все они, за исключением двух дочерей (старшей и самой младшей), умирали в младенческом возрасте. Федор иванович был убежден, что их смерть - кара, ниспосланная ему за всех, кого он убил на дуэлях. Поэтому после смерти каждого ребенка он записывал его имя на старый лист с именами своих жертв и помечал "quitte". Когда таким образом было помечено последнее имя, он воскликнул: "ну, слава богу, хоть мой курчавый цыганеночек будет жив!" и действительно, его младшая дочь прасковья толстая была единственной из детей, достигшей зрелого возраста.

...О Смерти великого авантюриста известно лишь, что скончался он 24 октября 1846 года шестидесяти четырех лет от роду.

Светлана мариничева.