Как мы уже сообщали (см. "Труд" от 27 декабря 2001 г., 4 января, 21 февраля с.Г.), Редакция газеты "труд" взяла шефство над экипажем гвардейского подводного атомохода "гепард". И хотя нашей дружбе всего несколько месяцев, крепость ее сомнению не подлежит.

Журналисты не раз выезжали на подлодку, встречались с гепардовцами, а затем рассказывали нашим читателям о службе подводников.

Один из последних приездов, когда мы высадили в гаджиеве, где стоит "гепард", музыкальный десант - победителей трудовского конкурса "романсиада", - особенно взволновал моряков, членов их семей. Прощаясь, командир апл дмитрий косолапов сказал: "спасибо, друзья, приезжайте к нам почаще". И вот мы вновь у моряков-североморцев.

Гарнизон.

Гаджиево встречает синим небом и разомлевшими от солнца снежными сугробами. Идти по ним небезопасно: ступишь, одна нога проваливается в лужу, вторая - увязает в волгнущем снегу. Понять, где пешеходная дорожка, а где проезжая часть, сложно: разве что по редким "уазикам" высоких морских чинов.

Остальной люд передвигается с сопки на сопку на своих двоих. Городок-то небольшой, на 18 тысяч населения, и его можно обойти из конца в конец минут за 25 - 30.

Многие гаджиевские окна заколочены черными просмоленными досками: жильцы уехали в большие города, оставив вот эти здания- призраки, а еще - бухту затонувших кораблей. Впечатление и от домов (которые, оказывается, дешевле заколотить, чем снести), и торчащих из-под волн остовов кораблей (на которых когда-то несли службу те, уехавшие), - угнетающее.

Ветрам в гаджиево ведут счет. "Ветер-раз", "ветер-два", "ветер-три". Если дует самый сильный из них и экипаж еще на берегу, то его непременно вызовут на корабль, который оставлять у пирса опасно: потому, выходят в море. Тогда в окнах до самого утра не гаснет свет: здесь ждут моряка. Есть что-то щемящее в этих негаснущих окнах-маяках, за которыми тенью мелькнет женская фигура. Здесь все - ожидание: постоянных разлук и встреч, но более - тревоги за тех, кто сегодня ли, завтра ли, через час ли, покинув семью, надолго уйдет на лодку. И никакая она не "йеллоу субмарин", а огромный черный кит, прибившийся к берегу: сходство дает разрисованная белой краской, под пасть с зубами, носовая часть.

Жены.

В гарнизоне все родственные связи укладываются в простейшую схему: жена - муж - дети. Иная прочая родня редко залетит сюда. Что поделаешь: место службы - это всегда перевалочный пункт и "режим подвешенного состояния".

Наверное, поэтому в квартирах - минимум уюта. К чему "ремонт для себя", если казенное жилье перед переездом на большую землю надо будет освободить? а вот модно, красиво одеться - это местным щеголихам как утром зубы почистить. Мужья, каким бы ни был семейный доход, потакают этим милым слабостям своих подруг, потому как иные прочие в гарнизон не допускаются.

Сильная, верная, терпеливая - такой представляется 22-летней валентине жена моряка-подводника. Валя родом из коряжмы архангельской области. Приехала в северодвинск на учебу, здесь и познакомилась с будущим мужем, старшим лейтенантом павлом желноровичем. Свадьбу играли 29 июля, в день вмф, который к тому же совпал с именинами валентины и павла. Поэтому, как считают молодые супруги, все складывается к долгой счастливой семейной жизни. Валентина, вся такая домашняя, улыбчивая, о муже говорит с придыханием.

- Паша добрый, нежный. Если он дома, то сам нянчится с нашей трехмесячной маргариткой. Кормит ее, купает, меняет подгузники. Очень хотел сына, но родилась дочь, и он утешил себя: "девчонки - к миру".

Переехав три недели назад к мужу, она ожидала худших бытовых условий, но все обошлось: начальство помогло с жильем, а друзья- подводники - с обустройством.

- Если посчитать, то из полутора лет семейной жизни мы вместе были месяцев 6 - 7: это еще "гепард" не ходил в море, и экипаж был на берегу, - говорит она. - Так что большие ожидания еще впереди. Пока не приехала сюда, тревога за павла была, но какая-то абстрактная. В гарнизоне же, может, оттого что вокруг много военных, все чувства обострены.

- Не знаю, так ли ждут на большой земле своих любимых, как мы, - делится инструктор по воспитательной работе с семьями моряков- подводников светлана дедухова. - Гарнизон буквально бурлит перед приходом экипажа. Ну пришел твой? нет? значит, вот-вот жди, поддерживают женщины друг друга. На пирс, встречать лодку, выходит весь городок. И это - самые счастливые мгновения в жизни.

- Разлука, томительное ожидание, когда мужей месяцами не бывает дома и все - от воспитания детей до простой житейской необходимости поклеить отвалившиеся обои или гвоздь забить - ложится на женские плечи...

- Добавьте к этому еще постоянную нехватку денег, когда бегаешь от одних знакомых к другим, чтобы взять в долг, болезни, неустроенный быт, - говорят мои собеседницы.

- Как же тогда "любовную лодку" не разбить о быт?

- от брака нельзя ожидать одних удовольствий, - считает вика халикова. - Это совместная жизненная дорога, на которой без трудностей не бывает.

- Конечно, не каждая семья выдержит тяготы гарнизонной жизни. Разводов много. После восьмидесяти дней автономки, когда он возвращается домой, домашние живут своими заботами, а моряк - еще не отошел от своих. Поэтому первые дни, случается, супругам вообще не о чем говорить. Они оба жили разными жизнями. Если удается адаптироваться, все становится на свои места, - говорит людмила лабазина.

- Главное, мужа не отправлять одного и надолго в северодвинск, - смеется светлана. - Это - город-разлучник: женщины там мужика не упустят.

Шутка шуткой, но многие женщины действительно опасаются мужниных командировок в этот самый северодвинск. А еще - избегают женской дружбы: так проще избежать сплетен, потому - и сохранить семью. Да, они помогут друг другу в трудную минуту, но - не более того.

Мужья.

- Перемены более всего коснулись самого характера службы, тех, кто приходит на флот, - считает капитан 2 ранга андрей лабазин. Мои сверстники больше ходили в море. У нас была действительно боевая, осмысленная служба, и мы понимали, зачем "под лед" ходим. Сейчас для многих военное училище - это место, куда можно устроиться, чтобы получить образование, а потом куда-то уйти.

Определенный резон в словах "морского волка" есть. Но ведь и павла желноровича, и дениса халикова, как и многих других гепардовцев во главе с их командиром дмитрием косолаповым, на море позвала и семейная традиция, и романтика гриновских парусов. Их ли вина, что в море ходят редко, что учения откладываются не первый месяц? что только недавно стали регулярно получать хоть и мизерные, но какие- то деньги: офицерская зарплата - от 3 до 7 тысяч рублей. Денис, чтобы прокормить семью, подрабатывал ночами грузчиком, да и павлу нелегко.

Вот и приходится молодежи думать о "гражданской" перспективе. Потому денис параллельно учится на юридическом факультете, а павел тоже определяется в дальнейшей профессии. Да и самому лабазину через год на пенсию, и, если получит жилищный сертификат, уедет в санкт-петербург к друзьям, которые обещают пристроить его в одну из фирм.

- Жизнь в гарнизоне не каждая женщина выдержит, это обстоятельство повлияло на ваш выбор?

- когда выбирают, то подходят с каким-то расчетом, а какой может быть расчет у любви? любовь - чувство абсолютно неуправляемое, алогичное, - говорит андрей геннадьевич. - Мы с людой встретились случайно на одном из курортов. Разъехались, а мне казалось, что чего-то не хватает в жизни.

Поехал в североморск, на другой берег залива, где она жила, и сделал предложение. Она, правда, боялась, раздумывала: как сложатся наши отношения с ее шестилетней дочерью. С тех пор прошло двадцать лет. Люда мудра сердцем. Она никогда не совершала неправильных поступков. У нее природный такт...

- А я просто увидел красивую девушку на берегу невы и ничего умнее, как спросить, который сейчас час, не придумал, - говорит денис халиков. - Вика, конечно, видела часы на моей руке, но охотно ответила. Через месяц была помолвка, а через год - свадьба. Мечтал о дочери, вот полинке сейчас 2,5 года.

- Я искал жену, чтобы любила меня и работящая была, - смеется павел.

- Это что же, служанку в дом брал? - подзуживаю его.

- Ну а зачем мне жена, за которую я все буду делать: готовить, убирать, стирать? - в тон отвечает он. - С валентиной мне повезло: ей, как и другим женщинам в городке, много достается, но у нее сильный характер...

- Заставляет готовить, стирать?..

- Да я сам помогаю, - хохочет павел. - Могу угостить вас своим коронным блюдом - белорусскими драниками, то есть картофельными оладьями.

В черном кителе с золотыми пуговицами павел, наверное, заставил волноваться не одно девичье сердце. Есть в нем то, что так прельщает женское сердце, - надежность.

Говорят, все счастливые семьи счастливы одинаково. Конечно, жизнь, в том числе и семейная, не у всех в гарнизоне складывается удачно. Есть матери-одиночки и отцы-одиночки. Последним приходится особенно тяжело: представьте ситуацию, когда отец ушел в плавание, а дети остались дома одни. Между прочим, море для большинства здешних ребятишек начинается с пеленок. В раздевалке гарнизонных яслей на шкафчике - шлюпки из ореховой скорлупы. Вместо традиционных персонажей из мультяшек - подводные лодки, вырезанные из бумаги или слепленные из пластилина. Здесь другая жизнь.

... СКучно и серо в городке. После вахты, долгого плавания многим здесь просто нечем заняться. Если раньше в гарнизон заезжали концертные, театральные труппы, кинопередвижка, то теперь в дофе (так здесь называют дом офицеров флота) - тишина. Разве что пофлиртовать от тоски с кем-то? и тут уж крепость семейных уз не зависит от количества детей.

Из окна гостиницы смотрю на мокрые улицы гаджиева. Смогла бы я жить здесь? скорее всего, нет. Ну разве что любовь большая случилась бы?..

Майя мамедова, спец. Корр. "Труда".