Санкт-петербургский государственный театр "рок-опера" привез к нам сразу пять спектаклей - обожаемую публикой мистерию "юнона" и "авось", всемирный хит "иисус христос - суперзвезда", воссозданную заново первую свою оперу "орфей и эвридика", недавно появившуюся в репертуаре детскую "сказку о мертвой царевне и о семи богатырях" и совершенную новинку, которой от роду всего чуть больше месяца, - рок-оперу-фарс "корабль дураков".

Яркое событие для города, не слишком избалованного полномасштабными гастролями хороших театров. Тем более что питерская рок-опера - единственная в своем роде, что дает ее художественному руководителю владимиру подгородинскому полное право называть свой театр "российским, а не только петербургским".

По идее, в россии и не может быть много рок-опер. Все-таки жанр иноземный, пришлый, непривычный... Но ведь и классическая опера товар импортный, только завезли его к нам на пару веков раньше. Сейчас вот старательно приживляют на русскую почву еще одно нездешнее растение - мюзикл. Чем он отличается от рок-оперы? - тем, что это "драматический спектакль с большим количеством музыки". А опера с приставкой "рок" все равно остается оперой.

И, если уж разбираться, российская рок-опера не так уж юна.

Хотя официально государственный театр учрежден только в 1989 году, первую свою постановку "орфей и эвридика" коллектив выпустил еще в 75-ом, в самое что ни на есть глухое застойное время. Потому и называлась она тогда не рок-опера, а зонг-опера... Благо хоть "правильного" немца брехта, который изобрел для своих пьес особые песни-зонги, власть одобряла.

Ну а раз чуждого и зловредного рока у нас быть не могло, то и рок-групп, его исполняющих, тоже. Зато, как грибы под летним дождичком, повыскакивали на эстраду вокально- инструментальные ансамбли, игравшие, конечно, не рок... Но что-то очень на него похожее. Ансамбль "поющие гитары", созданный в 1966 году, стал едва ли не первым. Пел песни, следил за тем, что делается "у них". А у них в начале семидесятых появились рок-оперы...

"Орфей и эвридика" шла с большим успехом, получала награды. А вот новому спектаклю "поющих гитар" не повезло - поставленная в 1981 году "фламандская легенда" на музыку ромуальда гринблата оказалась "не кассовой". Не долго просуществовал и спектакль "гонки"...

К "фламандской легенде", обещает подгородинский, театр обязательно вернется. Потому что это "замечательное произведение". А "ромуальд гринблат - композитор европейского уровня, работавший в жанре симфонической музыки. Язык его "фламандской легенды" сложен, это очень серьезная музыка, написанная в традициях шнитке. Нам бы очень хотелось сделать новую редакцию этой рок-оперы.

Называться она будет "тиль уленшпигель". Очень известный сюжет...".

ЧТо ж, пожелаем новой постановке счастливой судьбы. А пока займемся арифметикой.

"Сейчас у нас в репертуаре семь произведений - три спектакля для детей и четыре для взрослых. А всего за эти годы, если считать юбилейное шоу "нам - 30", коллективом было поставлено четырнадцать рок-опер, - подводит итог владимир подгородинский. - Это нормальный репертуарный театр".

Но до появления в 1985 году "юноны" и "авось" в театральном репертуаре "поющих гитар" оставалась единственная опера "орфей и эвридика". И не диво, что количество ее постановок исчисляется рекордной и эффектной цифрой - 2 222.

Любопытно, как смотрелся бы теперь тот, первый, спектакль?

не показался бы он наивным, устаревшим? наверное... "Но я считал, что, как во мхате обязательно должна идти чеховская "чайка", так и у нас "орфей" должен быть непременно". И в 1999 владимир подгородинский показал свою, новую, версию "фирменного" спектакля, который переработал и сократил.

Композитор александр журбин переаранжировал к нему музыку... Но все это делалось "достаточно бережно". Хотя сравнить может лишь тот, кто видел оба спектакля.

Подгородинский прочел в романтическом сюжете древней легенды не только историю любви, но и повесть "о трагической судьбе звезды", готовой ради славы от этой самой любви отказаться. "Достаточно вспомнить фредди меркьюри, эдит пиаф, элвиса пресли... Да, по сути, все звезды мировой величины заканчивают жизнь в одиночестве, без близких, без семей. Они выбирают славу. Как делает это в финале и наш орфей. Но за финалом следует эпилог - и появляются другой орфей и другая эвридика. Я заканчиваю спектакль начальной мизансценой, с той же самой музыкой, но с другими персонажами, которым предстоит прожить ту же самую жизнь.

К сожалению, так будет всегда. Слава всегда сильнее. Это честно. Очень часто мы выбираем славу, предавая свою любовь, отказываясь то того, что важнее. И это справедливо не только для сферы искусства, но и для всей нашей современной жизни.

Самое интересное, что и бизнесмены и политики, приходящие к нам на этот спектакль, видят на сцене себя. Этим людям приходится выдерживать громадный прессинг, под которым легко сломаться: я называю этот жанр "триллер средствами шоу" - там есть кое-какие страшные моменты. А в общем-то все достаточно весело". Согласны?

а потом была "юнона" и "авось". С этой постановкой 16 лет назад подгородинский и пришел к "гитарам". Именно с "юноны" начался настоящий театр...

Вообще-то раньше спектакль поставили в москве, в ленкоме, где он идет уже двадцать лет, теснясь среди драм, трагедий и комедий, обязательно необходимых для театра драматического, из-за чего москвичи "по валу" отстали - недели две назад ленком отпраздновал восьмисотую постановку, а питерцы уже четыре года как выпустили тысячную...

Толпы же страждущих не иссякают. В петербурге на день города спектакль играли на стрелке васильевского острова, "на ступенях биржи", и вокруг собралось сразу 160 тысяч человек - кто уж и как их там считал...

"Говорят, что реальный граф николай петрович резанов ушел в свое путешествие от этой самой биржи - у стрелки васильевского острова часто швартовались корабли. Он добрался до америки, прибыл в форт росс и там встретился с кончитой. И самое интересное, что мы повторили путешествие графа резанова - сыграли свою "юнону" и "авось" в форте росс, в этом событийном месте. А в сан-франциско нам сказали, что кончита де аргуэльо канонизирована за свой подвиг, за свою любовь...

Не знаю, канонизируют ли когда-нибудь и графа резанова, но господь бог таки отметил его - совсем недавно я узнал, что тело резанова не разложилось, осталось нетленным, как мощи святого. Кончита его отмолила... Это великая история любви, не придуманная".

Правда, замечает подгородинский, андрей вознесенский историю эту пересочинил, и новый сюжет не слишком сходится с документальными фактами. Но поэма не историческая хроника. А театральное либретто и подавно. "Есть такой голливудский принцип: сценарий хорош, если его можно рассказать двадцатью четырьмя словами".

История получилась "яркая и лаконичная". Граф резанов умирает "от простой хворобы на полдороги к истине и чуду", а кончита ждет, считая пролетающие десятилетия, и свечу оставляет в окне... Зрители же все идут и идут на огонек.

Для них "юнону" и "авось" в тюмени играли трижды. Даже знаменитейший jesus christ - superstar в русской земле, оказывается, не так популярен. Но прочно держит почетное второе место. Его вместе с "юноной" питерцы показывали у нас еще в прошлый свой приезд шесть лет назад.

А всего играют "иисуса" больше одиннадцати лет и гордятся тем, что показали его первыми в россии. "После нас, уже через полгода, театр моссовета выпустил свою постановку". В прошлом году спектакль отметил сразу два юбилея:

тридцатилетие со дня первой постановки в лондоне и десятилетие на российской сцене.

Зрителю спектакль нравится... Но вот незадача: в прежние времена его бранили за "религиозную пропаганду", а теперь клеймят "кощунственным". Во львове, вспоминает подгородинский, бабушки-старушки даже собрались на демонстрацию, требуя запретить заморское безобразие. "Львов - город сложный, совсем нерусский, там столкнулись три очень мощные конфессии - католическая, греко-католическая и православная, которая, кстати, наименее сильна. И демонстрацию-то нам устроили наши браться православные".

Для львовского театра урожденный одессит подгородинский не жалеет эпитетов - "красивый", "шикарный", "потрясающий". И ходят туда не столько спектакль посмотреть, сколько самим театром полюбоваться - на экскурсию... "Львовский театр не как одесский, конечно... Он как венский".

И вот директору этого необыкновенного театра глава местной православной церкви прислал письмо с призывом спектакль отменить. Подгородинский встретился с его секретарем.

Поговорили, разобрались, что к чему. Спектакль пошел...

"Люди просто не знают, что это такое, как это делается... Даже отец василий, мудрейший священник, протоирей, который потом благословил этот спектакль, в самом начале, только прочтя либретто, сказал, что ставить это нельзя ни в коем случае. Но когда посмотрел спектакль, увидел, как мы делаем это на сцене, он нашу работу благословил. И сказал мне такие слова: "владимир, средствами церкви, средствами нашего обряда, сейчас молодежь в храм не позвать... А ваш спектакль - это первая ступень, которая позволяет человеку задуматься".

Мы как-то собирали зрительские отзывы, и был такой отзыв:

"спасибо театру. Наверное, я прочту евангелие". Я даже знаю несколько десятков молодых людей, которые после этого спектакля в храм пришли. Но мы вовсе не стремимся кого-то куда-то толкать. Это светское художественное произведение...".

И Большинство зрителей воспринимает его именно так. И если, как полагает владимир иванович, 98% приходящих на спектакль никогда не брали в руки библию, то изрядное их число наверняка знакомо с другим оригиналом - самой рок- оперой jesus christ - superstar, музыка эндрю ллойда вебера, либретто тима райса, язык английский. Впрочем, русский текст режет слух разве что самому искушенному знатоку. Остальным же, наоборот, по-русски понятнее и приятнее. И сами артисты - не исключение.

Но вот петь jesus christ - superstar на русском языке за границей - риск отчаянный. В конце концов на такой редкостный случай можно выучить оригинальный текст. Пели же по-английски детскую сказку "джельсомино", когда выступали в америке...

Были у театра гастроли на кипре. Играли в роскошных исторических декорациях - в крепости, которой две тысячи лет.

Так легко представить, что под этим солнцем, по этим камням ступал сам... Сейчас кипр это недорогой, по западным понятиям, курорт, и кого там только нет. "Было такое ощущение, что на наш спектакль собрался весь мир - немцы, китайцы, японцы, шведы,

американцы, полный international. И когда они услышали русский язык, они сначала ошалели. А потом поняли, что мы поем на их языке, на языке веберовской музыки... Бернстайн не зря сказал: "мюзикл надо петь на родном языке". Не на родном английском, а на родном языке исполнителя, - чтобы был свинг, чтобы было ощущение этой музыки. Так же, например, гайдна надо играть гайдновским звуком, рахманинова - рахманиновским. А вебера - веберовским... Мы играли и пели, и они стали нашими уже через пять минут. Им все было понятно, они забыли, что это русский язык, они слышали музыку, хорошо поющуюся и хорошо решенную в пространстве.

А когда володя дяденистов в сцене возвращения иисуса взобрался наверх, на башню... Было ощущение, что и в самом деле бог приходит к людям. Уже стемнело. И когда он, в белых одеждах, поднялся в это черное многозвездное небо, встал в луче света, - а саму башню не освещали, ее было не видно, - казалось, что иисус парит в воздухе. А луна как раз вставала у него из-за головы, было полнолуние, и получилось, как будто это нимб... Народ взревел. Случайность, стечение обстоятельств, фантастическая фактура, древний камень..." Супершоу для суперзвезды.

При всем при том, что художник алла коженкова оформила спектакль просто и лаконично. Вам это имя ничего не говорит?

а владимир подгородинский называет аллу коженкову художником очень дорогим и престижным. Она работает в разных театрах мира. А в петербурге - в мариинском. Рок- опера обратилась к ней во второй раз, когда готовила новый вариант "орфея и эвридики".

Театр вообще творение коллективное. И ассоциативное.

Детскую рок-оперу "сказка о мертвой царевне и семи богатырях", например, специально к 200-летию пушкина по заказу театра написали одессит евгений лапейко и петербуржец владимир калле. А офис и репетиционная база театра размещаются в доме на фонтанке, где была первая после лицея петербургская квартира пушкина. "Он жил прямо над нами... И мы обязательно должны были иметь в репертуаре пушкинский спектакль". Вот и заимели - для мальчишек, девчонок, их родителей и прочей родни всякого возраста. Постарались "сберечь пушкинское слово" и сделать веселую сказку с красивой музыкой, в которой много от русской "былинности" и симфонической классики, переплетенной с современными музыкальными интонациями. "Я бы сказал, тут соединились римский-корсаков и... Би джиз".

Оригинальный текст сказки дополнен в прологе стихотворением самого же пушкина, а в эпилоге - финальной песней "ай да пушкин", сочиненной современным петербургским поэтом, актером и драматургом николаем денисовым, который несколькими годами раньше написал для театра либретто "джельсомино", а теперь здорово пособил в строительстве новенького "корабля дураков".

Музыку, под которую корабль спускают на воду, придумал александр клевицкий, который, кстати, и для "джельсомино" в свое время постарался, да так хорошо, что "за музыку к этому спектаклю получил в вене "золотой диск". И вот эти люди, некогда создавшие благородную детскую рок-оперу по не менее благородной сказке джанни родари, теперь понатворили такого...

"Я называю "корабль дураков" спектаклем-шуткой. Нам хотелось, чтобы в нашем репертуаре появился веселый спектакль. Можно было взять какую-нибудь оперетту. Но оперетту мы не играем, это не подходящая для нас музыка. И мы обратились к пьесе себастьяна бранта, который в 1494 году написал очень современное произведение о человеческих пороках. Мы, конечно, не воспитываем и не назидаем - это спектакль о чудаках-простаках, которые иногда глупят и ошибаются...

В нашем спектакле присутствует и сам себастьян брант, он всех обличает. А в конце тоже совершает ошибку, и очень серьезную, - влюбляется в замужнюю женщину жаркозадую венеру. Но не понимает, что он встал на стезю тех же самых глупцов. И получилось так: не суди да не судим будешь. Так что спектакль все-таки в какой-то мере поучительный, но веселый и с немного грустным, лирическим выводом: мир без дураков не существует, во всех нас это есть:".

Вообще-то себастьян брант вовсе не самодовольный обвинитель. Он, построивший "корабль дураков", и себя, любимого, без ложной скромности именует дураком, хотя обещает по мере сил исправиться. А чуть раньше признает, что тому, кто "глуп, как гусак" ума все равно не набраться...

"Вообще вся литература эпохи возрождения как-то обыгрывает мотив глупости, простоватости. Возьмите "гаргантюа и пантагрюэля" рабле или "похвалу глупости" эразма роттердамского. Это произведения высокого юморного начала, и они очень умны по сути своей. Надо подняться над самим собой, надо сказать: я бываю глуп, я совершаю ошибки, промахи, и если я буду об этом говорить, я пойму, где именно я ошибся, и как-нибудь постараюсь больше таких ошибок не совершать... Тот, кто этого не понимает, вообще законченный человек.

Театр это не школа, но и он должен чему-то учить, что-то открывать зрителю. Чтобы это было не бессмысленно".

...ЖИть дураками им не стыдно, но узнанными быть обидно.

Вот вам и хиханьки-хаханьки. Спектакль-шутка, легкий и веселый. Публика, рассказывает подгородинский, воспринимает его... Примерно так же, как иностранцы "иисуса" на русском языке. Сначала - шок. "Ведь рок-опера всегда связана с какой-то трагедией. А тут вдруг никаких смертей, никакой любви до гроба". Потом - нравится. Хлопают...

Конечно, постановка еще новехонькая, да к тому же не "раскрученная". В екатеринбурге ее путали с одноименным спектаклем коляды, хотя тот, как говорится, совсем из другой оперы. Подгородинский по этому поводу особенно не расстроен, он надеется, что спектакль приживется. Хотя бы потому что артисты играют его с удовольствием. "А это очень важно. У нас коллектив строптивый. Им должно нравиться то, что они играют".

Ничего странного в том, что "корабль дураков" пришелся артистам по вкусу. Разнообразие все-таки - не только сюжетное, но и музыкальное. Чего там только нет - и хэви-металл, и хард- рок, и рейв, и рэп, и спиричуэлс, и блюз... И "развернутые симфонические куски а-ля бернстайн - это лирическая линия, взаимоотношения венеры и поэта". Спектакль-калейдоскоп.

А если кому-то показалось, что тексты слегка вульгарны, да и имена персонажей не при детях повторять - жертва баб, жаркозадая венера, - пусть не винит современных интерпретаторов. Это все себастьян брант нафантазировал...

Пятьсот лет назад нравы были грубее, и поэты многое себе позволяли, даже родовитые аристократы еще любили в порядке развлечения поискать друг у друга вшей... И взятки с них гладки.

В либретто вошло немало оригинального брантовского текста, и "денисову удалось стилизовать свой язык под него. Там нет острой разницы между брантом и денисовым... И клевицкий и денисов нами приглашены на "корабль" умышленно, это попсовые авторы, и у них есть душок", который неплохо сочетается с брантовской "изящной" манерой юморить. Да, в конце концов, это же "корабль дураков"...

Только сняли с печки новую постановку, а подгородинский уже заглядывает в будущее. И это тоже естественное театральное свойство: скоро спектакль играется да не скоро его подготовишь. Не успел начаться 2002 год, а театр уже вовсю старается к маю 2003-го, когда будут праздновать 300-летие стольного града питера. И боится, что не успеет.

Сначала взялись за "раскольникова"... Да, "преступление и наказание" тоже можно превратить в рок-оперу. Эта идея пришла на ум андрею кончаловскому. Он и написал либретто - вместе с марком розовским и юрием яшинцевым. Музыку сочинил эдуард артемьев. И то и другое подгородинскому очень нравится. Либретто - "яркое", "интересное". Музыка - "потрясающая", "поразительно красивая", "очень театральная" и "очень петербургская". Стиль фьюжн. То есть слияние...

"Городской кабацкой песенности, русского романса, рок-н- ролла и прокофьевского симфонизма". Этакий коктейль артемьев смешал "мастерски"...

И все бы хорошо. Но, по замыслу кончаловского, который и заправляет всем предприятием, спектакль должен одновременно готовиться в петербурге и в москве, так, чтобы премьеру устроить в один день. В москве канчаловский сам наберет антрепризную труппу и сам займется подготовкой московской версии. "Но поскольку кончаловский тянет, мы одни спектакль выпустить не можем, и к 2003 году он не выйдет точно".

Поэтому расколькникова пока оставили наедине с его кошмарами и мучительными вопросами, а сами обратились к драме иного плана, тоже, впрочем, связанной с петербургом.

"Мы уже полгода очень плотно работаем с алексеем рыбниковым. Он создал рок-оперу под названием "маэстро массимо". Был в россии замечательный композитор, современник моцарта, максим березовский, он рано ушел из жизни и был забыт, потому что все его оперное творчество погибло. Осталось несколько хоров. Это очень красивая музыка.

Я ее знаю, поскольку в свое время закончил консерваторию как хоровик, и даже дирижировал ее исполнением. А березовский был не просто современником моцарта, но его первым конкурентом - членом болонской музыкальной академии, спектакли которого с успехом шли в ла скала. И имя ему дано было для славы. Максим, массимо, maximus - великий... Но в россии судьба березовского сложилась трагически".

Тюменским любителям музыки имя березовского немного знакомо - усилиями скрипача, дирижера и искателя потерянных шедевров антона шароева, художественного руководителя тюменского филармонического оркестра. Может быть, благодаря петербургской рок-опере имя забытого композитора прозвучит на всю россию...

Музыка к спектаклю частично уже готова, и состоять она будет из двух очень разных пластов: музыка 18 века - рыбников уже написал своеобразные "симфонические канцоны", которые подгородинский очень хвалит, называя рыбникова "прекрасным мелодистом", - и суперсовременная музыка сегодняшнего дня с компьютерными эффектами, которая пока еще не готова, но наверняка тоже получится хорошо, потому что рыбников и в этом силен. "Я вообще считаю, что лучше рыбникова сейчас нет композитора в этом жанре".

Именно рыбников сочинил музыку к "юноне" и "авось", поработав также над текстом вознесенского, дабы превратить его в либретто. "Он еще и прекрасный литератор". И либретто к своему "маэстро массимо" написал сам. А теперь дорабатывать его помогает уже вознесенский...

Действие спектакля происходит в петербурге и в венеции xviii века, так что "маэстро массимо" вполне способен занять место "раскольникова" на больших петербургских именинах. Но и тут вопрос - а удастся ли успеть? праздничный спектакль, чтобы быть по-настоящему праздничным, превращен в большой коллективный проект, руководит которым международный центр фестивалей в петербурге. Оркестр, хоровая капелла...

Сотни людей на сцене. Конечно, театр сделает собственную версию, включит ее в постоянный репертуар, а хор и оркестр останутся в записи, на которую снова и снова будет ложиться живой вокал артистов рок-оперы.

Но прежде - прежде спектакль должен выйти в москве, в ленкоме, которому отдано право первой постановки.

Правда, если не брать во внимание фактор времени, это совсем не так плохо. "Наш спектакль будет отличаться от спектакля марка захарова так же, как отличается от захаровской наша "юнона" и "авось". Нам не страшно идти по стопам хорошего театра. В этом смысле у нас амбиций совершенно никаких нет.

Даже наоборот - в москве проще объявить всему миру о том, что произошло. Потом можно пользоваться уже сделанным промоушеном. "Юнона" и "авось" очень хорошо раскручена.

Если подобное произойдет и с "маэстро массимо", мы будем только рады".

Такая уж она скромная, рок-опера из петербурга. Хотя чему удивляться? театр государственный, своей сцены у него нет, и когда будет, неизвестно. Странные, заброшенные места, которые ему предлагали щедрые власти, так далеки и неприступны, что народ туда палкой придется гнать...

Поэтому театр много ездит. И очень ценит добрую волю принимающей стороны, отдающей гастролерам залы собственных театров. "Мы очень признательны директору тюменского театра драмы владимиру коревицкому, потому что снять на неделю собственный репертуар - это поступок".

Нет, не роскошь мраморных колонн, не золото царских лож, не люстра в пятьсот свечей под лепным потолком, - нет, не они рождают творческий подъем. Нет, я не верю, орфей. Не песня, не песня рождает любовь. Любовью рождается песня... О, эвридика, где ты?

кира калинина.